Советы юриста

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

Аудиторская отрасль, а это 26 тысяч аттестованных специалистов и около пяти тысяч компаний, встревожена грядущими изменениями законодательства в связи с инициированной Банком России реформой.

 В случае принятия предложений ЦБ с рынка могут уйти до 90 процентов аудиторских компаний, что нанесёт ущерб не только самому профессиональному сообществу, но и экономике, считают противники изменений.

Сторонники реформы полагают необходимой её проведение, так как она очистит рынок от недобросовестных компаний и повысит ответственность оставшихся игроков.

Проверки не для законодательства, а для бизнеса

Предложения о поправках в ФЗ-307 об аудиторской деятельности, разработанные в Центробанке, направлены на реформу аудита и передачу полномочий по его регулированию, надзору и контролю от Минфина и Федерального казначейства регулятору.

Минфину останется контроль за аудиторами, оказывающими услуги необязательного аудита. Ключевая задача будущей реформы — зачистка рынка от недобросовестных участников.

Речь идёт о сокращении на 75 процентов круга организаций, подлежащих обязательному аудиту, и повышении квалификационных и репутационных требований к ним.

Из-за уменьшения рынка стоимость аудиторских услуг будет расти, прогнозируют в профессиональном сообществе. А отмена существующих критериев чревата угрозой его монополизации и закрытием 80-90 процентов добросовестных аудиторских компаний с высококвалифицированными специалистами. Как это скажется на спросе, предложении и ценообразовании, пока неясно.

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

Проект поправок в законодательство предусматривает следующие направления. Первое — сужение круга компаний, подлежащих обязательному аудиту. Второе — ужесточение требований ко входу на аудиторский рынок. Третье — усиление требований к заверению отчётности банков и прочих поднадзорных ЦБ организаций.

Четвёртое — усложнение допуска аудиторов к подтверждению отчётности общественно значимых хозяйственных субъектов (ОЗХС) за счёт перехода вместо прямой к двухэтапной процедуре. Пятое — квалификационный и репутационный ценз организаций, попадающих в реестр ЦБ, и ротация аудиторов, ограничивающая срок работы с одним клиентом семью годами.

Инаконец, изменение модели саморегулирования на финансовом рынке.

Готовя свой вариант поправок, регулятор рассматривал вопросы совершенствования госзакупок, аудита так называемых выпадающих сфер (например, ЖКХ, социально значимых объектов инфраструктуры и так далее).

Однако наиболее дискуссионными являются несколько пунктов: объём выручки как критерий обязательности аудита и наличие в штате аудиторской организации трёх аудиторов, которые работают по основному месту работы.

И ещё наличие в штате 12 аудиторов с квалификационными аттестатами ЦБ РФ для организаций, осуществляющих обязательный аудит социально значимых хозяйствующих субъектов (СЗХС).

Замруководителя Департамента корпоративных отношений Банка России Виктория Степаненко обратила внимание на желание ЦБ повысить значимость самого аудиторского заключения: «Нам не хотелось, чтобы оно являлось документом, который представляется или покупается лишь для исполнения формального требования законодательства РФ. Оно должно обладать содержательной сущностью и быть востребованным прежде всего рынком».

«Почиститесь сами, и вы спасётесь!»

Сегодня в Интернете встречаешь массу предложений: аудит недорого, по выгодной цене, по лучшей цене и тому подобное. Разве это не свидетельство востребованности его услуг? Аудит — это проверка достоверности бухгалтерской или финансовой отчётности предприятия и её соответствия законодательству.

«Анфан террибль» российского среднего бизнеса, руководитель ряда ретейловых компаний Дмитрий Потапенко на «круглом столе», проведённом профильным подкомитетом «Деловой России», нелицеприятно объяснил собравшимся представителям отрасли, зачем реальному сектору нужен аудит: «Вы нам нужны всего для двух вещей — либо получить деньги, либо не потерять их.

Поэтому вам следует целиться не в сохранение аудиторского рынка, а чуть повыше. Чтобы возникала причинно-следственная связь между результатами вашего труда и их значением для бизнеса. Чтобы аудиторское заключение мы могли использовать не в качестве твёрдой бумажки, а как минимальный инструмент защиты. Вот тогда мы к вам будем обращаться.

А иначе, как и сейчас, будем покупать аудит».

Предприниматель посоветовал аудиторам повышать уровень подготовки, который, на его взгляд, сегодня трешевый. Именно поэтому в случае выведения крупных компаний на международные рынки, сообщил он, российский бизнес чаще всего прибегает к услугам «большой четвёрки» крупнейших мировых аудиторско-консалтинговых компаний.

«Их печаточка имеет значение, — сказал Дмитрий Потапенко, — а аудиторское заключение российских организаций в суде ничего не значит. Тот сегмент, с которого вы можете получить деньги, — это, условно говоря, средний бизнес. Чтобы бумага являлась защитой, почистите сами рынок от себя. Иначе вы его сами и грохнете».

Из-за сомнительной отчётности и аудита в 2016 году только российские фармацевтические компании потеряли 1,2 миллиарда долларов — такова сумма недополученных контрактов.

https://www.youtube.com/watch?v=BMl3N0vzdkg\u0026pp=ygV10JDRg9C00LjRgtC-0YDQvtCyINC-0LHRj9C30LDQu9C4INGB0YLRg9GH0LDRgtGMINC90LAg0LrQu9C40LXQvdGC0L7QsiDQuCDQtdGJ0LUg0YLRgNC4INCy0LDQttC90YvQtSDQv9C-0L_RgNCw0LLQutC4

В свою очередь, глава одной из крупнейших российских аудиторско-консалтинговых компаний — АКГ «Градиент Альфа», председатель профильного подкомитета «Деловой России» Павел Гагарин признал неблагополучие в отрасли: «Очевидно, что множество из аудиторских компаний таковыми по сути не являются — это незаконные фирмы-однодневки, которые дискредитируют профессию, занимаются ценовым демпингом и разрушают рынок. Другие вынуждены выбирать — либо снижать цены в ущерб качеству, либо их держать, рискуя не выдержать конкуренции. Однако предложения ЦБ нуждаются в корректировке и доработке. Размер газонокосилки не должен быть размером с поляну».

Под обязательный аудит в настоящее время попадают компании с годовой выручкой от 400 миллионов рублей в год или активами баланса от 60 миллионов рублей, а также компании в форме акционерного общества, фирмы, торгующиеся на бирже, все финансовые организации (банки, страховщики, негосударственные пенсионные фонды — прим. ред.), госструктуры.

Центральный Банк предлагает эти пороги поднять и ввести аудит для организаций, которые соответствуют одному из трёх условий: объём выручки превышает 800 миллионов рублей, либо сумма активного бухгалтерского баланса выше 400 миллионов рублей, либо среднесписочная численность работников более 100 человек.

Больше обязательного аудита — меньше рисков

Обязательный аудит позволяет оценить и предотвратить налоговые риски, негативные правовые последствия сделок, непродуманные управленческие решения, отъём бизнеса.

Выведение из-под него три четверти бизнеса, убеждена председатель правления Российского Союза аудиторов Людмила Козлова, приведёт к увеличению рисков предоставления недостоверной отчётности большого круга хозяйствующих субъектов.

«Снизится эффективность правового противодействия механизму легализации и отмывания доходов, полученных преступным путем, — отметила она. — Это не будет способствовать обеспечению национальной безопасности России. Добавьте сюда вероятное снижение собираемости налогов практически для бюджетов всех уровней, ухудшение качества корпоративной отчётности…»

Очевидно, что множество из аудиторских компаний таковыми по сути не являются — это незаконные фирмы-однодневки, которые дискредитируют профессию, занимаются ценовым демпингом.

«Требование иметь в штате организации 12 аудиторов означает, что во многих регионах не найдется ни одной аудиторской организации, которая получит право проверять местные предприятия из разряда СЗХС. Они будут обращаться к крупным компаниям, которые находятся в основном в московском регионе, — перечислила Козлова возможные негативные последствия. — Кстати, «требование 12» не основано на международных стандартах аудита (МСА), на которые мы перешли в этом году. И ещё один важный момент — несоответствие принципам саморегулирования, над реализацией чего мы, согласно ФЗ-403, работали два последних года. У нас в саморегулируемых организациях состоят 2105 юридических лиц и 10 080 неюридических лиц. Российский Союз аудиторов предлагает оставить норму об обязательном аудите. Иначе по множеству компаний возрастут риски для инвесторов и государства. Избыточна и идея ЦБ об обязательном страховании ответственности».

Сегодня аудиторская компания в России в среднем имеет в своём составе пять аудиторов (пятый — чаще всего совместитель). Чтобы компании работать с подконтрольными Центробанку организациями, понадобится 12 специалистов, из которых не менее трёх должны быть аттестованы регулятором.

Кстати, саму аттестацию, по словам председателя правления Совета по общественному надзору за развитием бухгалтерского учёта, финансовой (бухгалтерской) отчётности и аудита Алексея Руфа, получить очень сложно. В 2012 году её прошёл лишь один из семи аудиторов, и некоторые из них сдавали экзамены по семь-десять раз.

К тому же из-за невысоких зарплат профессия перестала котироваться и испытывает дефицит кадров. Специалист видит корень проблемы в отсутствии у государства заинтересованности в достоверной отчётности.

Его удивляет, почему вместо исполнения постановления Правительства РФ о переходе на трёхуровневую систему «аудитор — саморегулируемая организация — национальный союз» в отрасли инициируется революционная реформа.

Закон должен вывести отрасль из кризиса

«Согласен с тем, что миссия саморегулируемой организации (СРО) как регулятора первого уровня должна сохраниться, — считает председатель Комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков. — Здесь, правда, возникает конфликт интересов.

С одной стороны, СРО стремится иметь как можно больше членов, с другой — должна проявлять жесткость и принципиальность, изгоняя из своих рядов недобросовестных. Аудиторский рынок вырос, он очень солидный, на нем немало хороших компаний, много специалистов с высокой квалификацией, но он находится в кризисе.

Очень много липовых заключений, и, соответственно, на нём надо наводить порядок, его надо зачищать от недобросовестных участников. Необходимо принять закон, который позволит решить эту проблему».

Депутат поведал, что, когда он состоял в Национальном банковском совете при Игнатьеве, последний призывал привлекать к ответственности аудиторов за то, что они не стучат в ЦБ на недобросовестные действия некоторых организаций и выдают фальсифицированные заключения. По словам парламентария, пора убрать с аудиторского рынка негодное и при этом сохранить всё здоровое, что на данный момент есть.

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

Вопрос о реформе аудиторской отрасли как приоритетный обсуждается в Комитете с сентября прошлого года. Тем не менее подвижек в вопросе пока нет. К депутатам официально поправки из Центрального Банка и Минфина пока не поступали — они в процессе согласования.

Вместе с ними ко второму чтению должен прийти нормативный документ либо Минфина, если за ним сохранится регулирование в полном объёме, либо от ЦБ, и тогда парламентарии рассмотрят всё. Работа переносится на осень, но она будет очень интенсивная, заверил Аксаков.

Из встреч с представителями малого и даже среднего бизнеса глава Комитета Госдумы по финрынку вынес впечатление, что им аудит без особой надобности: «Получая документ о достоверности бухгалтерской отчётности, они лишь выполняют закон. Аудиторское заключение нужно главным образом инвесторам, которые хотели бы работать с предприятиями, или тем, кого хочет привлечь МСП. Таким образом, затраты на аудит чаще всего пустые хлопоты».

Вопрос в том, считает Аксаков, чтобы определить те организации, отмена аудита для которых может вызвать разбалансировку на рынке. Это и должно быть, по его мнению, предметом дискуссий. Ничего не имеет депутат и против предложения ЦБ освободить от аудита общественные фонды, особенно небольшие и социально малозначимые.

Фальсифицированное заключение — преступление

Из-за сомнительной отчётности и аудита в 2016 году только российские фармацевтические компании потеряли 1,2 миллиарда долларов — такова сумма недополученных контрактов. То, что качество аудита нужно повышать, — медицинский факт.

Вместе с тем замгендиректора компании «Фармфорвард» Илья Попов опасается, что отмена обязательного аудита выльется в ухудшение деловой среды, а снижение конкуренции — в удорожание услуг: «Если нормы, о которых мы услышали, попадут в закон, это взвинтит наши издержки.

Нам ничего не останется, кроме как набирать в свой штат сертифицированных аудиторов».

Жёстко настроен первый зампредседателя Комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам Николай Журавлёв.

«Сенаторы сильно озабочены сложившейся ситуацией на рынке аудита, — заявил он. — Я возмущён теми случаями, которые имели место в последние годы при банкротствах кредитных и других финансовых организаций. Мы видели просто вопиющие случаи заверения фальсифицированной отчётности. Это такое же преступление, как и само её составление.

Поэтому мы однозначно настаиваем на ужесточении ответственности руководства аудиторских компаний и самих аудиторов вплоть до уголовной. Никакой разницы между преступлениями руководства банка по хищению денежных средств и подтверждением фальсифицированной отчётности аудиторскими структурами я не вижу.

Повышая ответственность одних, мы обязаны распространять её и на других. Убеждён, что аудиторская отрасль должна пройти такую же реформу, как и рейтинговая отрасль. А её регулятором должен быть именно Центральный Банк как наиболее качественный на сегодня регулятор.

Это тем более логично, что большая часть аудиторских заключений сфокусирована на финансовых отраслях, подконтрольных ЦБ».

Обязательный аудит позволяет оценить и предотвратить налоговые риски, негативные правовые последствия сделок, непродуманные управленческие решения, отъём бизнеса.

https://www.youtube.com/watch?v=BMl3N0vzdkg\u0026pp=YAHIAQE%3D

По вопросу саморегулирования в профильном Комитете верхней палаты пока позиция не выработана. Изначально сенаторы склонялась в сторону введения лицензирования.

Но теперь, по словам Журавлёва, есть смысл подумать о двухуровневой системе по аналогии с универсальными банковскими лицензиями и базовыми лицензиями.

Например, если аудиторская компания претендует на проверки отчётности крупных финансовых организаций и АО, тогда это прямое лицензирование или аккредитация в ЦБ.

Если же её специализация — небольшие предприятия, пусть даже и в сфере обязательного аудита, то в этом случае достаточно сохранить саморегулирование.

ЦБ стремится к укрупнению аудиторских фирм, исходя из того, что хорошие специалисты дороги, а технологичные решения стоят денег, которых нет у мелких структур. За рубежом монополизация рынка предотвращается объединением небольших компаний в аудиторские сети. В России этот формат представлен в деформированном виде. Поэтому малым компаниям придётся покинуть рынок. Без этого не обеспечить высокое качество оценки. До сентября регулятор пообещал провести встречи с аудиторами в регионах, чтобы собрать все замечания и пожелания перед тем, как направить законопроект в Госдуму.

Адвокатов и нотариусов обязали доносить на своих клиентов: Кому теперь заблокируют банковские счета и карты

В апреле текущего года «антиотмывочное» законодательство пополнилось новыми поправками, после которых адвокаты, нотариусы, организации и ИП, оказывающие юридические, бухгалтерские и аудиторские услуги обязаны незамедлительно сообщать о ставших им известными подозрительных операциях своих клиентов.

Критерии подозрительности имеют общий характер и предполагают широкий спектр применения. При этом разглашать факт передачи информации в уполномоченный орган заявитель не вправе. То есть вполне вероятны ситуации, когда человек может не сразу понять причину возникновения проблем.

Эксперты поделились с Лайфом практикой, в каких случаях юристы и бухгалтеры на самом деле стучат, а когда этого не происходит.

По букве закона Федеральную службу по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) интересуют только сомнительные операции с деньгами или имуществом, об этом прямо сказано в информационных письмах ведомства.

Контролёры могут требовать отчёта если услуги специалистов предполагают доступ к информации об операциях по сделкам с недвижимостью, по управлению банковскими счетами, ценными бумагами или иным имуществом либо к сведениям о создании и управлении юрлицами. Именно так сказано в части 1 статьи 7.1.

закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма». Но на практике всё несколько иначе.

Финмониторинг не очень интересуют, например, вопросы вступления граждан в наследство. А вот если контрольное ведомство получит сообщение о том, что россиянин приобрёл недвижимость, то тут сразу возникает повод для проверки источника происхождения средств.

И любое разовое перечисление от юридического лица физическому свыше 600 000 рублей, о котором стало известно нотариусу, частному бухгалтеру или адвокату, тоже предмет контроля.

Если финмониторинг получит сообщение о таких операциях от банка и выяснится, что тот, кто в силу своих профессиональных обязанностей, сопровождая сделку, имел информацию о подозрительных операциях, но не сообщил, то ему грозит штраф от 200 000 до 400 000 рублей или административное приостановление деятельности (пункт 2 статьи 15.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).

Раньше большинство адвокатов, нотариусов и других профессионалов рынка консультационных услуг исполнять рекомендации Росфинмониторинга по «доносительству» не торопились, но, как только псевдофискальные обязанности закрепили в законе, ситуация поменялась.

Учитывая, что контролёры могут получить сведения о сопровождаемых сделках из других источников, многие оказались перед выбором: потерять клиента или работу.

Поэтому сейчас большинство профессионалов стараются до погружения в дело предупредить своих доверителей, на какие темы даже не стоит заводить разговор, — рассказал адвокат Межрегиональной коллегии Москвы Дмитрий Шагин.

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

В связи со сложившейся правовой ситуацией возникает закономерный вопрос: как действия нотариусов и адвокатов согласуются с правом граждан на нотариальную и адвокатскую тайну?

До весны этого года положения «антиотмывочного» законодательства требовали от адвокатов разработать правила контроля, завести личный кабинет в системе Росфинмониторинга, собирать и хранить информацию об операциях своих клиентов, а сообщать сведения, содержащую тайну, адвокат не обязан был.

А теперь, если адвокат лично осуществляет или готовится осуществить операцию, которая может трактоваться как сомнительная, то считается, что он ​​выходит за рамки статуса независимого профессионального советника по правовым вопросам, защищённого адвокатской тайной, — разъяснил заведующий «Западной коллегией адвокатов» города Москвы Александр Инютин.

То есть если адвокат только консультирует клиента и готовит проекты документов, то полученная им информация попадает в охраняемую адвокатской тайной сферу и не подлежит разглашению.

А если защитник выполнил представительские функции и узнал о чём-либо подозрительном, то он обязан об этом сообщить, тогда его действия будут соответствовать требованиям законодательства (статье 8 закона 63-ФЗ и пункту 5 статьи 6 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Некоторые адвокатские сообщества закрепили разъяснения подобного рода в своих внутренних документах. Среди них, например, Адвокатская палата Московской области, Адвокатская палата Ивановской области и Адвокатская палата Чувашской Республики.

Они даже указали, что несоблюдение новых требований является основанием для возбуждения дисциплинарного производства.

https://www.youtube.com/watch?v=OPIi5MTWfk8\u0026pp=ygV10JDRg9C00LjRgtC-0YDQvtCyINC-0LHRj9C30LDQu9C4INGB0YLRg9GH0LDRgtGMINC90LAg0LrQu9C40LXQvdGC0L7QsiDQuCDQtdGJ0LUg0YLRgNC4INCy0LDQttC90YvQtSDQv9C-0L_RgNCw0LLQutC4

Похожая ситуация и с нотариусами. Нотариальную тайну никто не отменял (статья 16 Основ законодательства о нотариате), но запрет на разглашение сведений не исключает обязанности нотариуса сообщать о подозрениях по поводу операций своих клиентов в Росфинмониторинг. Парадоксальность такой правовой конструкции отметил старший юрист компании «Европейский дом права» Залимхан Магомедов.

Практика сложилась действительно странная.

Например, если некто обратится к нотариусу и попросит заверить копию свидетельства о рождении вашего ребёнка, то нотариус сообщать вам об этом человеке не вправе.

А вот если вы обратитесь за исполнительной надписью нотариуса, чтобы взыскать алименты на этого же ребёнка, то нотариус сообщит об обращении в Росфинмониторинг и сделает это без вашего ведома.

Теперь при обращении к нотариусу, адвокату, в частную юридическую или бухгалтерскую компанию нужно учитывать несколько важных моментов, которые могут повлиять на то, попадёте ли вы в списки проверки Росфинмониторинга или нет.

Во-первых: при исполнении функций, которые могут относиться к общегражданскому обороту (подача заявлений, составление платёжных документов или соглашений с указанием цены), адвокаты и нотариусы могут и будут сообщать ставшие известные им сведения в Росфинмониторинг.

Во-вторых: если человек уже находится в чёрном списке «антиотмывочного» ведомства и обратился к юристам или бухгалтерам, то те, как только узнают о наличии к вам претензий со стороны Росфинмониторинга, сразу обязаны принять меры, чтобы блокировать счета и даже имущество клиента, в том числе и то, которое было передано в счёт оплаты юридических или иных услуг.

В-третьих: при подозрении, что клиент нарушает «антиотмывочное» законодательство, в отправляемом сообщении будут указаны не только идентификационные данные обратившегося, но и сведения о его представителях и все ставшие известными данные о выгодоприобретателях, дате, сумме и обстоятельствах, в связи с которыми возникли подозрения.

Поэтому при любых сделках по приобретению недвижимости нужно быть готовым предоставить документы, подтверждающие источник дохода, достаточного для такой покупки, а в случае получения денег от юридического лица — иметь документы, подтверждающие законность такого рода выплат.

Если же средства зачислены на счёт до сделки, то необходимо иметь договор, объясняющий такой механизм оплаты, и быть готовым к тому, что экономическая целесообразность соглашения подобного рода может проверяться.

И, само собой, следует иметь в виду, что сообщения в финмониторинг обязаны отправлять все, кто осуществляет управление имуществом своих клиентов.

Для нотариальных операций сообщения о подозрительности неизбежны при:

  • оформлении сделки с имуществом, на которое наложено обременение (ипотека — это тоже обременение);
  • использовании депозита нотариуса (особенно если с него снимают наличные);
  • оформлении доверенности, связанной с получением средств за (или для) других людей.
Читайте также:  Как открыть розничный магазин: юридические и бухгалтерские тонкости

При этом, когда нотариус отправит сообщение в Росфинмониторинг, рассказать об этом вам он права не имеет. То есть что-то объяснить до того, как сделку и связанные с ней банковские счета заблокируют, у вас шансов не будет.

Для комментирования авторизуйтесь!

Налоговики могут требовать от аудиторов сведения о налогоплательщиках

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

Описание страницы: налоговики могут требовать от аудиторов сведения о налогоплательщиках от профессионалов для людей.

Подписанный Президентом РФ Федеральный закон № 231-ФЗ дополняет п. 4 ст. 82 НК РФ новым абзацем, в котором говорится о сборе, хранении и использовании налоговиками полученной от аудиторов информации.

Также в НК РФ вводится новая ст. 93.2. Она регламентирует случаи, в которых можно запросить у аудиторов данные или документы.

Чиновники из налоговой по месту регистрации аудиторской организации или индивидуального аудитора могут потребовать полученные при аудите документы или информацию. Такое решение должен принять руководитель налоговой или его заместитель.

Запросить документы, доказывающие необходимость расчета и уплаты налогов, сборов или взносов, налоговики могут в том случае, если ранее они уже запрашивали такие документы у плательщика, но он их не предоставил при проведении выездной проверки или проверки в связи с совершением сделок с взаимозависимыми лицами. В этом случае решение начальника налоговой должно содержать:

  • реквизиты решения о проведении проверки, в рамках которой возникла необходимость в истребуемых у аудитора документах, предмет проверки и ее период;
  • дату требования документов у плательщика;
  • сведения о том, что плательщик не предоставил требуемые документы в срок;
  • уведомление о невозможности или отказе их предоставить;
  • сведения о проводившей аудит организации или индивидуальном аудиторе;
  • данные, по которым аудитор узнает, что за документы запрашивают налоговики.

Запросить у аудиторов документы чиновники могут только после того, как истечет срок предоставления документов плательщиком.

Также налоговики могут потребовать у аудиторов документы, если в отношении проверяемого лица поступил запрос от иностранных госслужб.

В таком случае формат решения руководителя о запросе документов будет несколько отличаться.

В первых двух пунктах должны указываться реквизиты запроса иностранных служб и сведения о том, что запрос запрещает информировать проверяемое лицо о передаче информации.

Нет видео.

Видео (кликните для воспроизведения).

Налоговая по месту учета аудитора направляет проверяемому лицу требование о предоставлении документов. Копия соответствующего решения должна быть приложена к требованию.

  • Аудитор или организация могут проинформировать о запросе со стороны иностранных органов то лицо, в отношении которого получен запрос, только в том случае, если в запросе нет запрета на подобное действие.
  • Документы, которые требует налоговая, аудитор должен предоставить не позже чем через 10 дней с даты получения запроса.
  • Закон вступает в силу с начала следующего года.
  • Документ включен в СПС “Консультант Плюс”

Как аудиторы будут передавать информацию налоговикам

Закон вступает в силу с 1 января 2019 года.

Однако, по мнению некоторых экспертов, в частности, представителей Торгово-промышленной палаты России, принятые новшества могут привести к снижению востребованности аудиторских услуг и ухудшению качества представляемой в налоговые органы налоговой отчётности.

Когда налоговые органы вправе запросить информацию?

Во-вторых, при поступлении в отношении аудируемого лица запроса компетентного органа иностранного государства (территории), с которым у РФ заключен об этом международный договор.

Какую информацию о клиенте аудитор обязан представлять в налоговый орган?

Кроме того, представить документы аудиторы будут обязаны только на основании решения руководителя ФНС России или его заместителя.

В таком решении должны быть указаны реквизиты решения о проведении проверки, в рамках которой возникла необходимость запросить документы и информацию у аудитора, сведения о предмете проверки и периоде, за который она проводится.

Кроме того, в решении должна быть указана информация о дате, когда налогоплательщику направлено требование о представлении документов, и сроке их представления, а также сведения об их непредставлении, реквизиты и иные сведения, позволяющие идентифицировать запрашиваемую информацию.

Если инспекция истребует сведения по запросу компетентного органа иностранного государства, у аудитора могут быть истребованы документы, обеспечивающие исполнение налоговым органом такого запроса.

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

Аудиторов обязали стучать на клиентов и еще три важные поправки

С начала 2017 года администрирование обязательных страховых взносов перешло к налоговой инспекции. Теперь за их неуплату, как и за неуплату налогов, государство вводит уголовную ответственность. Цель очевидна: пополнение бюджета. Криминализация неуплаты подстегнет руководителей активнее перечислять страховые взносы. Расследованием преступлений по статьям 198—199.4 Уголовного кодекса РФ займется Следственный комитет.

Андрей Гривцов Адвокат, старший партнер адвокатского бюро «ЗКС», Москва

До 3 лет тюрьмы грозит Генеральному Директору за неуплату страховых взносов в особо крупном размере.

Что изменится. Против Генерального Директора возбудят уголовное дело, если долг по обязательным страховым взносам превышает 1,8 млн руб. или 10% от общей суммы, подлежащей к уплате. Размер будет считаться особо крупным, если сумма больше 9 млн руб. или составляет 20% от общей суммы, вне зависимости от периода неуплаты. Если долг меньше, уголовная ответственность не наступает.

Чтобы избежать привлечения к уголовной ответственности, необходимо:

  • исправно платить страховые взносы;
  • своевременно представлять налоговые декларации и иные документы;
  • не включать в представляемые документы заведомо ложные сведения.

Что грозит руководителю. Если Генеральный Директор совершит преступление впервые и погасит весь долг, его освободят от ответственности.

При неуплате страховых взносов в крупном размере руководителя ждет штраф на сумму 100—300 тыс. руб., принудительные работы или лишение свободы на срок до одного года.

Для особо крупного размера предусмотрены штраф на сумму 300—500 тыс. руб., принудительные работы или лишение свободы на срок до четырех лет.

Источник: проект федерального закона №927133-6 «О внесении изменений в УК и УПК РФ в связи с совершенствованием правового регулирования отношений, связанных с уплатой страховых взносов в государственные внебюджетные фонды» Когда документ вступит в силу: прошел первое чтение в Государственной думе Для кого актуально: Генеральный Директор

Налоговой инспекции придется доказывать неправомерность схемы по новому

Налоговики начислили ООО «Центррегионуголь» недоимку и штраф в размере 9 млн руб. Организация закупала уголь у контрагента, но инспекция заподозрила, что сделки были фиктивными. Компания обратилась в суд с требованием отменить решение ФНС.

Налоговая инспекция установила, что контрагент не имел необходимого персонала, активов, транспортных средств и складских помещений. И указала, что договор был подписан неустановленным лицом. Однако суд признал решение инспекции незаконным, установив в процессе разбирательства дела, что по факту уголь был поставлен.

Доказательства о получении обществом необоснованной налоговой выгоды были признаны недостаточными (определение ВС РФ от 29.11.2016 №305 КГ16–10399 по делу №А40-71125/2015). Теперь решения по подобным делам можно считать закрепленными законодательно.

В Налоговом кодексе РФ появилась норма, которая определяет, что такое налоговая выгода и когда ее признают необоснованной (ст. 54.1).

Павел Андрейкин Заместитель руководителя департамента налоговой безопасности, международного планирования и развития «КСК групп», Москва

В чем суть изменений. В новой статье указано, что налоговая выгода считается обоснованной при одновременном соблюдении двух условий.

Во-первых, основной целью сделки не должны быть возврат суммы налога или его неуплата.

Речь идет о ситуациях, когда компания принимает затраты по сделкам, оформленным лишь документально, но не совершенным в действительности.

А также, когда применяется искусственное дробление бизнеса — создается несколько идентичных компаний, применяющих УСН. За счет этого налог на прибыль снижается, хотя объективных причин для разделения бизнеса нет.

Во-вторых, обязательство по сделке должна выполнить другая сторона договора, заключенного с налогоплательщиком. Новация не коснется комиссионных и агентских схем работы, а также привлечения субподрядчиков.

Речь идет о ситуациях, когда договор подписан с подрядчиком, однако в ходе проверки инспекция устанавливает, что работу выполняли сотрудники самого налогоплательщика или «гастарбайтеры», не имеющие отношения к контрагенту.

Теперь налоговая инспекция не сможет автоматически доначислить налоги в случаях, когда:

  • документы подписаны неустановленным лицом;
  • существовала возможность заключить договор с более добросовестным контрагентом;
  • подрядчик нарушил налоговое законодательство.

Что грозит бизнесу. Инспекторам станет сложнее доказывать налоговые схемы. Вероятно, положения нормы начнут рассматривать вместе с иными обстоятельствами налоговых споров. Об этом свидетельствует письмо ФНС России от 13.07.2017 №ЕД-4-2/13650@. Проверки призваны не только выявить получение необоснованной налоговой выгоды, но и установить конечного выгодоприобретателя, а также умысел.

Источник:

Российским аудиторам придется "стучать" на своих клиентов — Российская газета

Минфин и Центробанк подготовили поправки сразу в два закона, которые касаются взаимоотношения банков и аудиторов. Если они будут приняты, то такое понятие, как аудиторская тайна, может уйти в прошлое. Правда, у правительственного законопроекта может появиться альтернативный документ, подготовленный уже депутатами. Но и он ничего хорошего аудиторам не даст.

Итак, уже несколько недель подряд идут дискуссии по вопросам быть или не быть аудиторской тайне. Правительственный вариант законопроекта не учел всех пожеланий банкиров и аудиторов по готовящимся поправкам в соответствующие законы.

Разрешить спор попытались депутаты.

Председатель Комитета Госдумы по собственности Виктор Плескачевский заявил, что эксперты пытаются решить проблему взаимодействия надзорных и контролирующих органов с аудиторами без ущерба для такого понятия, как аудиторская тайна.

https://www.youtube.com/watch?v=OPIi5MTWfk8\u0026pp=YAHIAQE%3D

Дело в том, что предложенные поправки ставят под сомнение существование самого аудита, как это принято в международной практике. А все потому, что аудиторам будет вменено в обязанность передавать информацию о деятельности их клиентов в ЦБ, ФСФР и Росстрахнадзор, а клиентам будет запрещено предпринимать какие-либо действия для ограничения информации.

В список этой информации попали любые факты о деятельности банка, инвестиционной компании, которые могут привести к приостановлению или прекращению деятельности, связанной с нарушением законов. Предоставление неполной информации аудитору.

Выявленные в ходе аудиторской проверки любых операций, которые позволяют аудитору отказаться подписывать акт проверки и так далее. То есть аудитор должен будет «стучать» практически обо всем, что может показаться подозрительным или незаконным. Понятно, что поправки эти взволновали как самих аудиторов, так и их клиентов.

По мнению участников рынка, они ставят под сомнение существование аудита как такового. С одной стороны, не предоставив информации в надзорные и контролирующие органы, аудиторы могут потерять лицензию. С другой стороны, захочет ли кто-то нанимать сборщика компромата? При этом, отмечают аудиторы, пострадают в первую очередь крупные аудиторские компании.

А клиенты, скорее всего, уйдут к компаниям-однодневкам, которые торгуют аудиторскими заключениями и за небольшие по меркам рынка деньги поставят печать под любой финансовой отчетностью.

Авторы поправок утверждают, что они нужны для того, чтобы банки, инвестиционные компании работали более эффективно, чтобы у контролирующих и надзорных органов была бы полная информация.

Чтобы не повторилась бы ситуация конца 90-х годов прошлого столетия, когда рухнули многие банки.

При этом, поясняют они, ЦБ в свое время открыл доступ аудиторам к надзорной информации, теперь должно начаться встречное движение со стороны аудиторов.

У законодателей, которые пытаются найти компромисс в данной ситуации, есть свои аргументы. В тех же 90-х банки, которым не повезло с кризисом, имели положительные аудиторские заключения. Поэтому, считают они, надо не заставлять аудиторов доносить на своих клиентов, а пересмотреть подход к информации, которая имеется в аудиторском заключении.

Как работать с аудиторами и не стать террористом

Добрый день, уважаемые коллеги.

Новые изменения в законодательстве коснутся правил работы аудиторов. Эти нововведения приведут к тому, что в дальнейшем сотрудничать с аудиторскими конторами надо аккуратно.

В будущем рекомендую, да простят меня аудиторы, прибегать к их услугам только в самом крайнем случае. И главное, обращаться только к проверенным людям.

Ведь теперь аудиторы могут сдать ваш бизнес финансовой разведке в любой момент.

Итак, в прошлом году утверждены два документа, которые регламентируют работу аудиторов:

  • Постановление правительства РФ №1332 «О внесении изменений в постановление правительства российской федерации от 16 февраля 2005 г. № 82» от 8 ноября 2018 года. В документе описано, при каких условиях аудиторы должны стучать на своих клиентов.
  • В ответ Федеральная Служба по финансовому мониторингу дала подробные инструкции аудиторам в информационном письме №56 «О методических рекомендациях по рассмотрению аудиторскими организациями и индивидуальными аудиторами при оказании аудиторских услуг рисков легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма» от 23 ноября 2018 года.

Из этих документов следует, что каждый гражданин РФ, который подвергается обязательному аудиту – потенциальный правонарушитель. Если внимательно изучать указанные правила, то на ум приходит фраза одного полицейского в погонах, который сказал: «То, что вы еще не сидите, это не ваша заслуга, это наша недоработка».

Давайте посмотрим, какие изменения в работе и полномочия появились у аудиторов.

Итак, пункт №4 в письме №56 звучит так: «при оказании аудиторских услуг основания полагать, что операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях отмывания доходов, полученных преступным путем/финансирования терроризма, представляют собой профессиональное суждение аудитора в отношении совершенных (совершаемых) операций или групп операций аудируемым лицом, а также его деятельности в целом с точки зрения рисков отмывания доходов, полученных преступным путем/финансирования терроризма». Получаем, что оценка бизнеса отдается на откуп профессиональному суждению аудиторов. Как он посчитает, так и будет. Таких размытых вещей в официальном письме я не встречал.

Далее, пункт №5: «под рисками отмывания доходов, полученных преступным путем и финансирования терроризма понимается возможность нанесения ущерба аудируемому лицу и (или) финансовой системе, и (или) экономике в целом путем совершения операции (операций) в целях отмывания доходов, полученных преступным путем и финансирования терроризма». Если внимательно посмотреть и сравнить редакции федеральных законов №115-ФЗ от 07.08.2001 и №134-ФЗ от 30 июля 2013 года, то выяснится, что любая неуплата налогов относится к отмыванию доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма. Как бы это дико ни звучало. И в новом документе от Росфинмониторинга говорится, что недоплата налогов – это ущерб финансовой системе и ущерб экономике, а это автоматически относится к отмыванию доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма. И при выявлении данного факта новый закон обязывает аудиторов сливать клиентов.

Если посмотреть внимательно, по каким основаниям аудиторы должны будут стучать на своих клиентов, то увидите, что оснований много. В пункте №9 письма №56 выделен целый блок клиентских рисков. Если бизнес попадает хотя бы под один пункт, то аудитор вправе сообщить, что вы преступник.

Вот некоторые из них:

  • структура собственности аудируемого лица представляется необычной или излишне сложной;
  • регистрация клиента аудируемого лица или его контрагента осуществлена по адресу массовой регистрации юридических лиц;
  • период деятельности клиента или контрагента аудируемого лица составляет менее одного года с даты государственной регистрации;
  • необъяснимые изменения в собственности аудируемого лица;
  • неоднократные изменения организационно-правовой формы аудируемого лица;
  • интенсивный оборот наличных денежных средств, в том числе розничная торговля, общественное питание, торговля горючим на бензоколонках и газозаправочных станциях, автосалоны и др.;

Одни эти пункты вызывают массу вопросов. Что означает необычная и сложная структура собственности? Что делать, если бизнесмен зарегистрирован в здании бизнес-центра? Получается, если бизнесу меньше года, то в обязательном порядке компанию будут сдавать в Росфинмониторинг? Как такое возможно?

В письме указано, что к отмыванию доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма, согласно пункту 9.2.1 раздела 9 «Клиентские риски», относится благотворительность.

Странно, не правда ли? Вдруг под видом благотворительности, вы занимаетесь отмыванием доходов или финансируете террористов? А вдруг брошенные дети входят в террористические организации, кто знает.

Если бизнесмен занимается строительством, оказанием консалтинговых услуг, туроператорской и турагентской деятельностью, то по умолчанию попадает под подозрение в отмывании доходов, полученных преступным путем. И это лишь некоторые пункты из письма от Росфинмониторинга.

В документе есть раздел 9.5 «Поведенческие риски», в котором описываются подозрительные факторы в поведении клиента. Если аудитор увидит, что клиент ведет себя так, как указано хотя бы в одном из пунктов, то бизнесмен или руководство компании точно финансирует террористов или занимается отмывание денег. Сомнений у аудитора быть не должно.

Что же это за поведенческие риски:

  • попытки аудируемого лица затруднить понимание его деятельности, структуры собственности или характера операций;
  • отказ аудируемого лица в доступе к ключевым работникам и объектам подразделения информационных технологий, включая персонал, занятый в обеспечении безопасности, в операционной деятельности и в разработке систем.

Дикая картина получается. Аудитор будет решать, мешает ли ему компания в понимании ее деятельности и структуры или не нет. А может заявить: «Я хочу опросить персонал». Если отвечу: «С какого перепуга?» – я уже террорист, будем стучать.

Также под подозрение попадает осуществление большого количества операций с наличными денежными средствами. Владеете АЗС или продовольственным магазином – компания сомнительная.

А согласно пункту № 11, если аудитор обнаружит, что компания связалась с контрагентами, о которых нет в интернете подробного описания, то бизнес не вызывает доверия.

Вдруг вы отмывали через этих контрагентов доходы, полученные преступным путем?

Напомню, что к доходам, полученным преступным путем относятся: незаконная торговля оружием, наркотиками и психотропными веществами, человеческими органами и проституция. Причем тут критерии, которые указаны в письме? Почему большой оборот наличности или регистрация по адресу бизнес-центра уже подпадает под отмывание доходов? Это трудно понять.

И самое интересная часть.

Пункт №12 «Приведенные в настоящем разделе перечни рисков отмывания доходов, полученным преступным путем и финансированием террористов не являются исчерпывающими и могут изменяться (дополняться) аудиторами самостоятельно, исходя из складывающейся практики взаимодействия с аудируемыми лицами, анализа их операций, актуальных типологий ОД/ФТ и других факторов». Получаем, что аудиторам дано право самостоятельно придумывать и расписывать эти риски. Понятное дело, что не аудиторы принимали этот нормативный акт, и ругаться, показывать на них пальцем несерьезно. Но опасаться надо.

После выхода этих двух «шедевров»: Постановления Правительства № 1332 от 8 ноября 2018 года и Информационного письма Росфинмониторинга №56 от 23 ноября 2018 года, у меня пропало желание иметь дело с аудиторами. Кто знает, что они там в Росфинмониторинг сообщат и какие будут последствия.

Вы можете быть ангелом с крылышками, солнышком ясным, но если вы занимаетесь бизнесом, у вас регистрация в офисе бизнес-центра и имеется наличка – преступник. Бизнес связан со строительством, консалтинговыми услугами или занимаетесь благотворительностью, то вы под подозрением.

Аудитор должен внимательно изучить вашу деятельность и убедиться, что вы не отмываете доходы, полученные преступным путем и не спонсируете террористов. А может и не изучать, а сразу сообщить куда надо. Знать об этом вы не будете. Аудитор вправе слить информацию о бизнесе в Росфинмониторинг, а уж как в Федеральной службе ей распорядятся, одному Богу известно.

Известно, что к информации Росфинмониторинга имеет доступ более 25 различных служб.

Если вы или ваши партнеры имеете дело с аудиторами то, пожалуйста, изучите новые законы. Перед тем, как аудитор начнет проверку, возьмите эти два документа и обсудите с ним границы допустимого. Правда никто не гарантирует, что он потом все-таки втихаря не сделает свое дело.

Итак, назвать эти документы наведением порядка я не имею никакого права. Это скорее стремление объявить бизнесмена преступником заранее и придумать список преступлений, которые уже им совершены. Обойти это невозможно, мы с вами потенциальные правонарушители.

Сделано это для того, чтобы в любой момент можно было подвесить на соответствующий крючочек, вспороть пузико, выпустить кишочки и отправить тельце вашего бизнеса на «мясокомбинат», которым владеют собственники РФ. Ведь мы знаем, у РФ есть собственники.

Они имеют полное право «перерабатывать» ваш бизнес на своем собственном «мясокомбинате».

А в следующей статье вы узнаете, к чему надо быть готовым при проведении контрольной закупки.

Читайте также:  Об основных изменениях для малого бизнеса в 2023году

Спасибо, удачи в делах. Не подпадайте под эти требования.

Ссылки на нормативную базу:

Постановление правительства РФ №1332 «О внесении изменений в постановление правительства российской федерации от 16 февраля 2005 г. № 82» от 8 ноября 2018 года.

  • Письмо №56 «О методических рекомендациях по рассмотрению аудиторскими организациями и индивидуальными аудиторами при оказании аудиторских услуг рисков легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма» от 23 ноября 2018 года.
  • ЗАПИСАТЬСЯ НА КОНФЕРЕНЦИЮ В МОСКВЕ 1 МАРТА
    ЗАПИСАТЬСЯ НА СЕМИНАР В МОСКВЕ 27-28 ФЕВРАЛЯ
  • (Visited 131 times, 1 visits today)

Аудиторов обяжут сообщать о подозрительных сделках клиентов — Новости РСПП

Аудиторов все-таки обяжут стучать на своих клиентов, но не в Центральный банк, как это неоднократно предлагалось сделать, а в Росфинмониторинг.

Вчера были обнародованы поправки, закрепляющие их обязанность следить за подозрительными сделками клиентов и информировать о рисках профильное ведомство. Впрочем, сначала их предстоит принять, а затем разработать к ним соответствующую нормативную базу.

Да и после этого всегда найдутся игроки, готовые за плату помочь обойти закон, так что спрос на услуги черных аудиторов может только вырасти, опасаются участники рынка.

Проект поправок к законам «О противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и «Об аудиторской деятельности» вчера был размещен на сайте Regulation.gov.ru. Изменения крайне важны для аудиторов. Ими вводится обязанность сообщать в Росфинмониторинг о сомнительной или кажущейся таковой активности клиентов.

Делать это надо, согласно тексту поправок, «при наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма».

Как следует из пояснительной записки к проекту, он разработан с целью приведения законодательства, регулирующего аудит, в соответствие рекомендациям Международных стандартов по противодействию отмыванию денег, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ).

В Минфине, который курирует аудиторский рынок, сообщили, что документ поступал к ним на согласование и был одобрен министерством.

На сегодняшний день обязанности оперативно сообщать о чем-либо напрямую в Росфинмониторинг для аудиторов нет.

«Методические рекомендации по организации внутрифирменного контроля качества аудиторских услуг», одобренные советом по аудиторской деятельности при Минфине, не содержат упоминания антиотмывочного законодательства.

Аудиторские федеральные стандарты ФСАД 6/2010 и 5/2010 обязывают аудиторов рассматривать риски искажения отчетности из-за несоблюдения антиотмывочных норм, но не требуют информировать об этом Росфинмониторинг, говорит генеральный директор аудиторской компании «Аудит Бизнес Платформа» Татьяна Михайлович.

По ее словам, о выявленных в ходе проверки фактах нарушения законодательства аудитор должен сообщать учредителям (участникам) проверяемой организации и только в случае отсутствия их реакции — в уполномоченный орган. При этом Росфинмониторинг сейчас не указан в качестве такового.

Интересно, что идея заставить аудиторов, по сути, стучать на своих клиентов появляется далеко не первый раз. Однако во всех предыдущих случаях (ни одна из идей реализована так и не была) получателем этой информации предлагалось сделать Центральный банк. При этом акцента именно на сомнительных с точки зрения антиотмывочного законодательства операциях ранее не делалось.

Впрочем, в текущем виде законопроект будет не слишком эффективен в практическом применении, указывают эксперты. Хотя, по сути, норма закона является обязательной для исполнения, необходимы дополнительные нормотворческие усилия, чтобы она заработала. Дело в том, что ответственность за неисполнение закона есть. «Например, по ст. 15.

27 КоАП за неисполнение законодательства в части организации и (или) осуществления внутреннего контроля предусмотрен штраф для должностных лиц до 30 тыс. руб., для организаций — до 200 тыс. руб.»,— указывает собеседник «Ъ», близкий к Росфинмониторингу.

Однако, прежде чем штрафовать кого-либо за новую норму, необходимо установить детальный порядок ее действия, что конкретно, кому именно и по каким каналам передавать, в настоящее время таких правил для аудиторов нет, утверждать их должен надзорный орган, в данном случае — Минфин, резюмировал собеседник «Ъ».

«Для реализации закона необходимо также установить четкие сроки для этих сообщений»,— считает генеральный директор МКПЦ Дмитрий Винокуров.

Минфин уверяет, что подобный нормативный акт будет. «Мы постоянно совершенствуем нормативную базу и, как только поправки будут приняты, разработаем необходимые правила внутреннего контроля»,— заверили в Минфине.

Однако пока нет правил — и нет ответственности. В такой ситуации аудиторы опасаются, что подготовка к принятию закона может обернуться негативными последствиями для рынка.

«Например, может вырасти спрос на услуги тех аудиторов, которые не только не собираются сообщать в Росфинмониторинг о возможном невыполнении клиентом антиотмывочного законодательства, но еще и окажут консультации по надлежащему оформлению сомнительных операций»,— отмечает Татьяна Михайлович.

Коммерсантъ


Заведомо ложные заключения аудиторов сделают уголовно наказуемыми

Новые правила работы аудиторов с 1 января 2022 года

Законодательство об аудиторской деятельности в последнее время корректируют довольно часто, о некоторых изменениях обычным фирмам тоже полезно знать.

https://www.youtube.com/watch?v=a5pbGXyZoA4\u0026pp=ygV10JDRg9C00LjRgtC-0YDQvtCyINC-0LHRj9C30LDQu9C4INGB0YLRg9GH0LDRgtGMINC90LAg0LrQu9C40LXQvdGC0L7QsiDQuCDQtdGJ0LUg0YLRgNC4INCy0LDQttC90YvQtSDQv9C-0L_RgNCw0LLQutC4

Последние поправки  в Закон № 307-ФЗ об аудиторской деятельности были внесены в июле 2021 года. Большой блок изменений внес Федеральный закон от 2 июля 2021 г. № 359-ФЗ, который вступил в силу 1 января 2022 г.  В частности, изменили состав субъектов обязательного аудита. Более ранние изменения были внесены в НК РФ, и они касались  аудиторской тайны.

Кому запретили проводить обязательный аудит

Аудит – это независимая проверка бухгалтерской (финансовой) отчетности организации с выдачей заключения по установленной форме о ее достоверности. Такую проверку проводят частные аудиторские компании или индивидуальные предприниматели за счет средств проверяемого лица.

Аудиторская проверка бывает двух видов:

  • обязательная;
  • добровольная (инициативная).

С 1 января 2022 г. индивидуальные аудиторы не вправе проводить обязательный аудит, они исключены из числа субъектов обязательного аудита (Федеральный закон от 2 июля 2021 г. № 359-ФЗ).

Обязательные аудиторские проверки проводят те, кому это предписано Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» или другими федеральными законами.

Бухгалтерская отчетность экономического субъекта подлежит обязательному аудиту при наличии любого основания, предусмотренного законодательством Российской Федерации, даже если в Федеральном законе «Об аудиторской деятельности» такой субъект не поименован среди обязанных проводить аудит. Например, субъект малого предпринимательства, созданный в организационно-правовой форме акционерного общества, обязан проводить аудит в силу Федерального закона «Об акционерных обществах».

Обязательный аудит по закону об аудиторской деятельности

По Закону № 307-ФЗ обязательному аудиту подлежат, в частности:

  • общественно значимые организации;
  • бюро кредитных историй;
  • профессиональные участники рынка ценных бумаг;
  • фирмы, которые получили в предшествующем году доходы от предпринимательской деятельности по данным налогового учета свыше 800 000 000 рублей (без учета НДС, акцизов и экспортных пошлин);
  • фирмы, у которых сумма активов баланса по состоянию на конец предшествующего года превышает 400 000 000 рублей;
  • фонды, которые за предшествующий год получили имущество, включая деньги, на сумму более 3 000 000 рублей;
  • организации в случаях, установленных федеральными законами.

Федеральный закон от 2 июля 2021 года № 359-ФЗ для целей аудита ввел понятие «общественно значимая организация» и определил их состав.

Общественно значимыми организациями считаются общественно значимые организации на финансовом рынке.

Таких организаций стало больше. К ним, в частности, относятся:

  • публичные акционерные общества (ПАО);
  • организации, ценные бумаги которых допущены к организованным торгам;
  • организации, бухгалтерская (финансовая) отчетность которых включается в проспект ценных бумаг;
  • кредитные организации;
  • страховые организации;
  • организации – профессиональные участники рынка ценных бумаг;
  • бюро кредитных историй;
  • клиринговые организации;
  • организаторы торговли;
  • негосударственные пенсионные фонды (НПФ);
  • государственные компании
  • организации, в уставных (складочных) капиталах которых доля госсобственности не менее 25%.

Аудиторские услуги (аудит и сопутствующие ему услуги) общественно значимым организациям с 2023 года могут оказывать лишь те аудиторские фирмы, сведения о которых внесены в специальный Реестр аудиторских организаций, оказывающих аудиторские услуги общественно значимым организациям.

Кроме «обычных» элементов, определенных международными стандартами, в заключении аудиторов должны быть раскрыты обстоятельства, которые могут влиять на достоверность отчетности.

Как аудиторская тайна перестает быть тайной

Налоговые инспекции всех уровней могут истребовать у аудиторских организаций и индивидуальных аудиторов любые документы и информацию, полученные о налогоплательщике в ходе аудита или другого взаимодействия с клиентами. Это введено еще Федеральным законом от 29 июля 2018 г. № 231-ФЗ о внесении поправок в Налоговый кодекс, который действует с 1 января 2019 года. Принятые изменения, по сути, уничтожили понятие аудиторской тайны.

https://www.youtube.com/watch?v=a5pbGXyZoA4\u0026pp=YAHIAQE%3D

Чтобы получить информацию, инспекция должна прислать аудитору запрос. Основанием для такого запроса является решение руководителя (его заместителя) ФНС России.

  • В частности, аудиторы должны направить в налоговую все документы (информацию), которые являются основаниям для исчисления, уплаты, удержания, перечисления налогов, сборов, страховых взносов в бюджет РФ.
  • Условие: налоговики уже обращались с этим вопросом к самому налогоплательщику или налоговому агенту в процессе контрольных мероприятий и затребовали у него такие сведения, а он не их не представил.
  • Истребовать информацию налоговики могут при проведении:
  • выездной налоговой проверки;
  • проверки полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами.
  1. Камеральные проверки в этот перечень не входят, хотя и могут служить основанием для проведения надзорных мероприятий.
  2. Также инспекторы ФНС могут истребовать у аудиторов все вышеперечисленные документы и данные, если в отношении проверяемого лица поступил официальный запрос компетентного фискального органа иностранного государства (территории), с которым у РФ заключен международный договор об обмене информацией.
  3. Аудитор в течение 10 дней с момента получения запроса должен передать налоговикам необходимую информацию и документы.

За отказ предоставить информацию для аудиторов предусмотрено административное наказание. Размер штрафа в этом случае по КоАП РФ достигает 10 000 рублей.

Аудитор может сообщить своему клиенту о поступившем запросе, но только в случае, если запрос не содержит запрет на разглашение такой информации.

Аудиторское заключение необходимо хранить вместе с бухгалтерской (финансовой) отчетностью в течение всего срока, который установлен для хранения отчетности, но не менее пяти лет после отчетного года (п. 1 ст. 29 Федерального закона № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Требования к минимальной численности аудиторов

Чтобы иметь членство в СРО аудиторов, в компании должно быть не менее 3-х аудиторов, работающих по трудовым договорам. С 1 июля 2022 года такие аудиторы должны быть работниками аудиторской фирмы по основному месту работы. Причем, эта информация должна быть доступна проверяющимся.

Сайт аудиторов

Теперь аудиторские компании обязаны вести сайт и раскрывать информацию о деятельности на этом информационном ресурсе. Ранее сайт был всего лишь рекомендацией.

Аудиторов обязали «стучать» о сомнительных клиентах

4 мая вступил в действие ФЗ N112, обязывающий аудиторов конфиденциально сообщать в Росфинмониторинг обо всех подозрениях в адрес проверяемых.

Декларируемая цель закона – борьба с легализацией преступных доходов и финансированием терроризма.

Но, как отмечают эксперты, под него подпадает и такая распространенная практика, как «обнал» – обналичивание финансовых средств с целью ухода от налогов. К каким последствиям это приведет?

Аудиторы проверяют, как происходит бухгалтерский учет в компаниях. Разные его виды (налоговый, международный и так далее) ведутся по разным принципам и у каждого из них свой получатель. Это могут быть налоговая, российский и зарубежный менеджмент, а также инвесторы, в том числе потенциальные. Каждый из них вправе усомниться в том, что учет доходов и расходов производится правильно.

– Аудиторы – это высокопрофессиональные проверяющие, которые должны точно знать все тонкости законодательства. Задача бухгалтера – рутинное ведение документации.

Он может ошибиться, выбрать рискованное решение в неоднозначной ситуации.

Когда нужно получить мнение специалиста со стороны, привлекают аудитора, – объясняет Валентина Зайцева, главный бухгалтер одной из крупных петербургских компаний.

Часто к аудиту прибегают руководители бизнеса, желающие проверить собственную бухгалтерскую службу. В ходе налоговой проверки заключение аудиторов может стать весомым аргументом в пользу «невиновности» компании. Некоторые организации должны проходить обязательный аудит – в этом случае частные аудиторские фирмы, по сути, замещают собой надзорные органы.

– Аудиторская проверка мягче, чем проверка налоговой. Во время проведения аудита некоторые нарушения могут быть устранены. Это нечто среднее между внутренним самоконтролем организации и жестким контролем государства.

В самой аудиторской профессии заложена двойственность: тебя нанимает заказчик, но потребитель твоих отчетов не он. Вся твоя деятельность зиждется на том, что ты должен найти недостатки и непредвзято заявить о них. Тебе платят за критику.

Что сделают с твоим заключением потом – спрячут в стол или опубликуют на сайте, – другой вопрос. Конечно, очень соблазнительно нанять аудиторскую компанию, которая тебе напишет, что все отлично. Но это обесценивает весь смысл проверки.

Если пойдет слушок, что аудиторы покрывают нарушения (а налоговая их не любит), к заключениям таких компаний будут относиться предвзято, – объясняет собеседница издания.

Требование «сдавать» Росфинмониторингу своих клиентов ставит аудиторов в щекотливое положение. С одной стороны, они должны оставаться непредвзятыми, а с другой – клиенты рассчитывают на дружественный настрой.

– По закону, аудиторы должны писать в Росфинмониторинг о своих подозрениях, ни в коем случае не ставя об этом в известность проверяемую организацию. Тихонько, чтобы Росфинмониторинг успел подкрасться.

Это способ руками аудиторов провести то, на что сегодня нет человеческих и денежных ресурсов у Росфинмониторинга и налоговой. Ситуация совсем как с банками, которые обязали сообщать о подозрительных действиях клиентов.

Это сделает отношения между аудиторами и их клиентами более напряженными, – считает главный бухгалтер.

По ее словам, изменения могут привести к сужению рынка аудиторских услуг, однако критических последствий ждать не стоит. Некоторые малые и средние фирмы решат вообще не привлекать аудитора, если он может донести об ошибках, или будут искать «договороспособные» аудиторские конторы.

Однако аудиторская проверка – не всегда добровольный шаг. Это может быть нужно инвесторам, головному офису за границей или налоговой, а значит – предприниматели никуда не денутся. По мнению Валентины Зайцевой, аудиторские фирмы будут искать гибкую тактику взаимодействия с клиентами.

– Как вообще можно проверить, что аудиторы не донесли? Допустим, придет налоговая проверка, которой покажется, что компания обналичивала средства. Теоретически она может спросить аудиторов: «Как же вы недосмотрели?». Но формулировка закона: «сообщать обо всех имеющихся подозрениях», – очень расплывчата.

«Подозрение» означает, что, даже если у вас нет доказательств, вы должны о нем сообщить, но что, если вы не обратились, потому что у вас не было доказательств и поэтому не возникло подозрений? Думаю, аудиторы смогут избежать ответственности за недоносительство.

Но, с другой стороны, некоторые аудиторские компании не захотят себе репутационных издержек. Обычно они будут стараться сообщать своим заказчикам: «Вот это – очень плохо, исправьте». Но если будут видеть, что их услугами хотят воспользоваться, чтобы прикрыть откровенные нарушения, то сообщат, кому следует.

Никто из крупных аудиторских компаний не будет сознательно покрывать очевидные огрехи. Основа их репутации – неподкупность, – говорит главбух.

По мнению Валентины Зайцевой, главная задача поправок в закон об аудиторской деятельности – борьба с теневыми финансовыми операциями («обналом») и ужесточение фискального контроля.

– Сделает ли это весь бизнес «белым»? Думаю, нет. Бизнес «черный» не потому, что его не проверяют. Тут действует целый комплекс экономических причин. Для некоторых компаний выход сию секунду в белое поле – смерти подобно.

Все их цены установлены, исходя из того, что какая-то часть доходов находится в тени. Каждый вид аудируемых компаний будет подстраиваться под новую ситуацию.

Возможно, те, у кого все было очевидно неприглядно, постараются платить чуть больше налогов или поменяют схемы, – полагает собеседница издания.

pixabay.com

Аудиторы доложат ЦБ о своих клиентах — Новости РСПП

Минфин вновь вернулся к идее заставить аудиторов «стучать» на своих клиентов в ЦБ. Причем сейчас речь уже идет не только о банках, но и о других финансовых организациях.

Зато обмен информацией с регулятором будет двусторонним — не только от аудиторов к ЦБ, но и наоборот.

В такой версии инициатива финансового регулятора аудиторам нравится чуть больше, но по-прежнему создает риск утраты доверия со стороны клиентов и полностью не решает проблему фальсификации отчетности.

Вчера Минфин опубликовал на своем сайте законопроект, обязывающий аудиторов взаимодействовать с ЦБ «в целях обеспечения общественных интересов». Круг компаний, чьи аудиторы должны будут отвечать на запросы ЦБ, не ограничен лишь банками и головными структурами банковских групп и холдингов.

Новые нормы распространятся и на аудиторов некредитных финансовых организаций, попавших под надзор ЦБ уже в статусе мегарегулятора. Он сможет запрашивать у аудиторов сведения, например, о фактах завышения стоимости активов, несоблюдения обязательных нормативов и т. д.

Кроме того, аудиторы должны будут самостоятельно информировать ЦБ о выявлении обстоятельств, которые могут повлиять на достоверность отчетности клиента, извещать регулятора об отказе клиента от проведения обязательного аудита.

Впрочем, и самих аудиторов законопроект наделил правом доступа к информации ЦБ — например о фактах, повлекших вынесение предписаний, о требованиях об осуществлении мер по оздоровлению.

«Возможность запрашивать ЦБ будет полезна, например, в тех случаях, когда менеджмент банка отказывается предоставлять информацию о предписаниях от ЦБ, ссылаясь на конфиденциальность этих документов»,— отмечает партнер BDO в России Денис Тарадов.

«На практике сегодня ЦБ достаточно часто неохотно идет на информационный обмен, в законопроекте же приведены конкретные сроки для ответов на запросы (20 дней.— «Ъ»)»,— добавляет вице-президент ФБК Алексей Терехов. Для аудиторов станут прозрачнее многие составляющие мотивированного суждения регулятора по отношению к банку, указывает он.

Идея обязать аудиторов «стучать» в ЦБ о недобросовестных действиях своих клиентов впервые возникла еще в 2007-2008 годах, однако тогда речь о двустороннем сотрудничестве с регуляторами не шла и идея не была поддержана рынком.

Сейчас, когда ЦБ находится в статусе мегарегулятора, тема вновь стала актуальной, причем, несмотря на то что аудиторы по-прежнему против, принятие законопроекта более вероятно, считают участники рынка.

Весной текущего года совет по аудиторской деятельности, куда входят в том числе и представители рынка, одобрил законопроект о доступе налоговиков к аудиторской тайне.

«Отзыв лицензий у банков сейчас идет еженедельно, расходы на страховые выплаты при расчистке рынка достигают рекордных значений, и такая инициатива будет скорее восприниматься обществом как благо»,— поясняет гендиректор АКГ «МиП Аудит» Зоя Хайло.

Впрочем, потребители аудиторских услуг к отмене аудиторской тайны отнеслись неоднозначно. «Я не уверен, что правильно иметь полную прозрачность между ЦБ и аудитором, но где именно провести ту тонкую грань, за пределами которой обмен информацией становится излишним, вопрос»,— говорит президент Промсвязьбанка Артем Констандян.

При этом, по мнению аудиторов, реализация инициативы Минфина необязательно улучшит ситуацию с фальсификацией отчетности финансистами. «Все подводные камни будут прятаться еще лучше»,— опасается Зоя Хайло. «Заключения аудиторов по отчетности, пожалуй, могут стать более детальными,— говорит Алексей Терехов.

— Но недобросовестные аудиторы и банки все равно смогут найти способы взаимодействия».

Газета «Коммерсантъ» №146 от 19.08.2014


Аудиторов ограждают от налоговиков: Минэкономики не поддержало раскрытие сведений о клиентах

Эльвира Набиуллина не хочет включать печатный станок

Росфинмониторинг разработал для аудиторов методические рекомендации, как выявлять сомнительные сделки клиентов и сообщать об этом

6 декабря 2018 года Минфин РФ, совместно с ФГБУ «Научно-исследовательский финансовый институт» и Росфинмониторингом провел круглый стол на тему: «Повышение роли аудиторов в антиотмывочной системе». В мероприятии также приняли участие саморегулируемые организации аудиторов и представители бизнес-сообщества.

Читайте также:  Как получить выписку из ЕГРИП для ИП: пошаговое руководство

За круглым столом участники обсудили возможные риски легализации преступных доходов и финансирования терроризма при оказании аудиторских услуг и рассмотрели новые требования «антиотмывочного» законодательства к аудиторам.

В ходе мероприятия Росфинмониторинг представил разработанные для аудиторов методические рекомендации, в документе разъяснятся порядок выявления сомнительных сделок и операций клиентов. О подозрительных случаях при проверке компаний аудиторов обязали сообщать в Федеральную службу по финансовому мониторингу.

По каким критериям аудиторы будут оценивать «сомнительность» сделки? Какие компании попали в зону риска в связи с изменениями? Как организовать взаимодействие с аудиторами, чтобы обезопасить свои интересы? Ответим в статье на эти и другие вопросы.

Содержание рекомендаций

Методические рекомендации для аудиторов (Информационное письмо Федеральной службы по финансовому мониторингу от 23 ноября 2018 г.

№ 56) разработаны во исполнение и в соответствие с Федеральными законами: № 115 «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее-ФЗ № 115), № 307 «Об аудиторской деятельности» (далее-ФЗ № 307), международными стандартами ФАТФ, международными стандартами аудита и иными нормативно-правовыми актами.

Кроме общих положений, рекомендации разделены на два блока, один из которых посвящен рискам отмывания доходов и финансирования терроризма (далее — ОД/ФТ) при совершении операций, а второй порядку уведомления контролирующего органа при выявлении таких рисков.

В тексте документа разъясняется, что аудиторы могут делать выводы о наличии риска в действиях проверяемого лица, руководствуясь своим профессиональным суждениям и оценкой деятельности этого лица по определенным критериям.

Основные критерии определения риска

Рекомендациями определены три основные группы рисков:

  1. Страновые — связанные со страной, определенной географической территорией деятельности или регистрации проверяемого.
  2. Операционные — связанные с определенными услугами, операциями, поставками, продуктами проверяемого лица.
  3. Клиентские — связанные с деятельностью самого проверяемого и его контрагентов.

В первой группе перечислено 6 оснований для определения риска, например:

  • проверяемое лицо, его партнеры или бенефициарные владельцы являются резидентами стран, не имеющих надлежащих систем противодействия ОД/ФТ, или стран оказывающих поддержку террористической деятельности;
  • контрагенты или клиенты аудируемого лица являются нерезидентами РФ;
  • контрагенты или клиенты проверяемого, его филиалы зарегистрированы на территории государств, в отношении которых применяются специальные экономические меры в соответствии с ФЗ N 281-ФЗ «О специальных экономических мерах».

К операционным отнесены риски, связанные с возможным «обналичиванием» денег, хищением, с проведением трансграничных операций с обращением ценных бумаг, с мошенничеством или преднамеренным банкротством, а также с лицами, подпадающими под санкционный режим. Операционные риски могут возникнуть по 28 основаниям, перечисленным в Методических рекомендациях, к ним относятся, например:

  • операции компании, выходящие за рамки обычной деятельности;
  • банковские авуары;
  • операции проверяемого, проводимые на трансграничной основе в юрисдикциях с разными обстоятельствами ведения бизнеса и культурами;
  • операции по приобретению имущества с отсрочкой/рассрочкой платежа под проценты за отсрочку/рассрочку, если проценты переводятся на счета иностранных банков;
  • большое количество операций с наличными деньгами;
  • многочисленные перепродажи товаров и услуг;
  • инвестиции в недвижимость по высоким, или, наоборот, заниженным ценам;
  • прощение долга по неисполненным обязательствам.

К категории клиентских отнесены риски, связанные с особенностями структуры собственности и органов управления аудируемого, с его репутацией и образом действий, с возможной коррупцией и хищением государственных средств, с особенностями деятельности. Всего в группе 28 оснований для определения риска, например:

  • регистрация клиента проверяемого, или его партнеров по массовому адресу;
  • интенсивный оборот денежных средств;
  • осуществление консалтинговой, строительной, туроператорской деятельности, розничная торговля;
  • отказ проверяемого лица в доступе проверяющего к его документации;
  • необычные задержки предоставляемой информации.

Дополнительные критерии и факторы риска

Кроме перечисленных в перечнях Методических рекомендаций рисков ОД/ФТ, аудитор в ходе проверки может выделить и другие, дополнительные группы рисков. Перечни могут дополняться аудиторами на основании анализа операций проверяемых лиц, складывающейся практики взаимодействия с ними, или других факторов.

При определении рисков аудиторами должны учитываться и признаки необычных сделок, установленных Приказом Росфинмониторинга от 08.05.

2009 N 103 «Об утверждении Рекомендаций по разработке критериев выявления и определению признаков необычных сделок».

Этим приказом определен длинный перечень признаков, вызывающих подозрение, который применяется для оценки деятельности как юридических лиц, так и ИП.

Важно отметить, что некоторые из признаков можно выявить в деятельности очень многих компаний, например:

  • необоснованная поспешность в проведении операции;
  • заключение договоров с компанией или ИП, период деятельности которых с момента регистрации составляет менее года;
  • осуществление сделки с недвижимым имуществом, стороной по которой выступает нерезидент.

Также в Методических рекомендациях перечисляются факторы, которые повышают риски ОД/ФТ. При проведении проверки аудиторы должны их учитывать наряду с основными критериями. Такими факторами являются:

  • отсутствие сведений о клиенте проверяемого лица, или его партнере в открытых источниках информации;
  • отсутствие централизованного корпоративного управления и деятельность проверяемого лица сразу в нескольких юрисдикциях;
  • наличие записи о недостоверности сведений о клиенте аудируемого, или его партнере в ЕГРЮЛ;
  • привлечение деловых посредников, обоснованность привлечения которых является неочевидной;
  • существенная недостача материальных активов.

Уведомление Росфинмониторинга

Информация о подозрительных операциях будет передаваться в контролирующий орган как в случае обязательного, так и в случае инициативного аудита.

Сведения направляются аудитором в Росфинмониторинг электронным сообщением через личный кабинет на сайте Федеральной службы по финансовому мониторингу.

Если передать информацию указанным способом невозможно, она представляется в госорган на машинном носителе в виде электронного документа.

При этом на аудитора возлагается обязанность по соблюдению мер, исключающих доступ к документам третьих лиц во время доставки.

Важно отметить, что аудитор не вправе сообщить клиенту о том, что направил сведения о его подозрительных операциях. Запрет на разглашение такой информации установлен пунктом 4 части 7.1 ФЗ № 115 и пунктом 3.1 части 2 статьи 13 ФЗ № 307.

Как новые правила повлияют на бизнес?

Новые Методические рекомендации вызвали неоднозначную реакцию в бизнес-сообществе. В большинстве случаев компании приглашают аудиторов по собственной инициативе для проверки своего финансового положения. Очевидно, что бизнесмены не готовы платить аудиторам за проверки, направленные, в том числе, и на выявление рисков ОД/ФТ.

Критерии риска в Методических рекомендациях разрабатывались для недопущения финансирования терроризма и отмывания доходов.

Из текста документа следует, что особое внимание аудиторы должны уделять сложным, запутанным и не имеющим объективного экономического смысла операциям.

Однако при определении групп риска использованы общие, расплывчатые, формулировки, затрудняющие понимание и позволяющие подвести под представленные в документе критерии подавляющее количество сделок.

Например, к показателям риска отнесены попытки аудируемого лица затруднить понимание его деятельности, но не разъяснено, какими конкретно действиями (бездействием) проверяемый может затруднять понимание своей деятельности.

Также к категории клиентских рисков относится необычная задержка предоставления запрошенной аудитором информации, но понятие «необычности» задержки не раскрывается.

Вызывает вопросы еще одна формулировка: риском является подозрение, что руководство проверяемого лица действует по указанию третьих лиц, сведения о которых не раскрывает. Но на чем могут основываться эти подозрения и как должны подкрепляться?

В первую очередь в «зоне риска» оказываются компании, осуществляющие виды деятельности, прямо перечисленные в Методических рекомендациях: продажа легкового транспорта, туризм, строительство, консалтинг и др. Особое внимание уделяется компаниям, сотрудничающим с иностранными контрагентами и юридическим лицам.

Тем не менее, в поле зрения Федеральной службы по финансовому мониторингу может попасть практически любое проверяемое лицо.

С принятием новых правил, в Росфинмониторинг может быть передана информация о подозрительных операциях любой компании, если в ходе проверки аудитор определит риски, руководствуясь оценкой деятельности аудируемого, или своим профессиональным суждением. Риск есть даже в случае, когда формально операция не соответствует критериям, указанным в Методических рекомендациях.

При этом мнение аудитора может быть субъективным и не соответствующим действительности, однако сведения о компании все равно будут переданы в контролирующий орган. А дальше компании придется доказывать отсутствие в деятельности признаков ОД/ФТ.

Как предотвратить признание операций подозрительными?

Напомним, что согласно ФЗ № 115, сообщать в Росфинмониторинг о подозрительных клиентах, кроме аудиторов, должны бухгалтеры, адвокаты и нотариусы, юристы.

Государство усиленно контролирует сферу предпринимательской деятельности в части соблюдения «антиотмывочного» и антитеррористического законодательства.

С последствиями такого контроля столкнулись многие представители бизнес-сообщества, чьи банковские счета были заблокированы в результате проверок, а компании внесены в список «подозрительных».

Очевидно, что во избежание неприятностей с контролирующими органами компания должна вести деятельность, полностью отвечающую требованиям закона, но даже при соблюдении этого условия остаются риски.

Новые Методические рекомендации существенно расширяют перечень компаний, сделки и операции которых могут вызывать подозрение.

Учитывая тот факт, что аудитор не будет сообщать о выявленных рисках, руководство компании может узнать о направлении сведений в Росфинмониторинг уже постфактум.

Поэтому важно проверять благонадежность контрагентов через общедоступные сервисы, запрашивать документации у потенциальных партнеров и подстраховываться иными способами.

Игнорирование этого этапа может привести к тому, что сведения о компании попадут в Росфинмониторинг на том основании, что подозрения вызывает не сам аудируемый, а его контрагент.

Также аудиторы обращают внимание на позицию компании относительно профилактики правонарушений. Хорошим показателем будут внедрение в бизнес- процесс процедур для обеспечения добросовестной работы компании, разъяснительная работа с сотрудниками (инструктажи, ознакомление с тематическими НПА) и полностью прозрачная отчетность.

Бухгалтеров обязали стучать на клиентов

Новые требования фактически дезавуируют стандарты конфиденциальности взаимодействия юристов с доверителями и аудиторскую тайну. В то же время участники рынка убеждены, что смогут уклониться от выполнения таких обременений.

Законодательство о противодействии легализации (отмыванию) полученных преступным путем доходов и финансированию терроризма распространяется в первую очередь на банки и иные кредитные организации.

Они должны сообщать в Федеральную службу по финансовому мониторингу (так называемую «финансовую разведку») о всех сомнительных операциях, в том числе попытках уклонения от налогов и обналичивания, блокировать счета включенных в экстремистские списки лиц и выполнять многие другие требования.

Принятые еще в 2004 году поправки возложили исполнение этого закона в том числе на адвокатов, нотариусов и оказывающие юридические или бухгалтерские услуги компании и индивидуальных предпринимателей.

Однако только если такие юристы и бухгалтеры непосредственно готовят или осуществляют от имени или по поручению клиентов сделки с недвижимостью, управляют банковскими счетами и совершают операции с ценными бумагами, участвуют в создании организаций и так далее.

На обычные консалтинговые услуги специальные требования на практике не распространялись.

Опубликованные в конце июля разъяснения Росфинмониторинга существенно расширили сферу применения «антиотмывочного» законодательства.

По мнению чиновников, под «юридическим обеспечением деятельности» организаций понимаются в том числе консультационные услуги по законодательству, анализ и составление договоров и документов, сопровождение заключаемых сделок, а также прочие консультации в сфере трудового и гражданского права, деловая переписка и так далее. К деятельности по созданию организаций отнесены услуги по регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. «Стучать» на клиентов должны осуществляющие и бухгалтерский аутсорсинг компании – обеспечивающие ведение учета, составление отчетности, обработку первичных документов, сдачу электронной отчетности, оказывающие консультационные и иные услуги.

Также чиновники Росфинмониторинга напоминают, что все работающие в этой сфере организации и адвокаты обязаны разработать и утвердить специальные правила внутреннего контроля, проводить идентификацию клиентов (в том числе проверять и копировать паспорта граждан), подключиться к «Личному кабинету» на сайте ведомства, а также назначить ответственное за взаимодействие с «разведчиками» должностное лицо, соответствующее установленным квалификационным требованиям и прошедшее специальную подготовку. Любое, даже формальное неисполнение таких требований карается административным штрафом в сумме до 100 тысяч рублей. Если же адвокатское образование или юридическая фирма не направила в уполномоченный орган информацию хотя бы об одной сомнительной сделке, на нее может налагаться штраф уже в 400 тысяч рублей. Также допускается приостановление деятельности «уклониста» на два месяца.

Согласно ранее опубликованным разъяснениям ведомства, адвокаты, юристы и бухгалтеры обязаны выявлять и фиксировать сомнительные сделки, в том числе запутанные или необычные по характеру, не имеющие «очевидного экономического смысла или очевидной законной цели» либо не соответствующие целям создания организации. Также предписано сообщать о многократных схожих операциях, «раздробленных» с целью уклонения от контроля, и при наличии «иных обстоятельств, дающих основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма».

Юристы критически оценивают указания «финансовых разведчиков».

Ведь, в отличие от банков, которые оценивают операции чаще всего формально (исходя из указанного в назначении платежа и иных обстоятельств), юридические консультанты знают о клиентах почти все.

Нередко самой целью получения правовых услуг является налоговая оптимизация, которая с точки зрения надзорных органов может квалифицироваться как уклонение от уплаты налогов.

Клиенты в таких ситуациях рассчитывают на конфиденциальность предоставляемых консультантам материалов. Профильный закон и Кодекс профессиональной этики обязывают адвоката сохранять в тайне даже сам факт обращения к нему конкретного лица, все данные о нем, полученную от клиента информацию и так далее.

В самом «антиотмывочном» федеральном законе оговаривается, что требования по передаче информации не относятся к защищенным адвокатской тайной сведениям, но ни в одном из разъяснений Росфинмониторинга эта норма не упоминается.

Кроме того, все работающие с корпоративными клиентами адвокаты в любом случае обязаны открыть «Личный кабинет», разработать правила внутреннего контроля и выполнить многочисленные иные требования «разведчиков».

Отношение самого профессионального юридического сообщества к «антиотмывочному» закону неоднозначно. Еще в декабре Федеральная палата адвокатов напомнила своим членам о необходимости соблюдения конфиденциальности полученных от клиентов сведений.

Вместе с тем регистрация «Личного кабинета» и пассивное взаимодействие с Росфинмониторингом не признается нарушением норм профессиональной этики.

При возникновении сомнений в части легальности совершаемой клиентом сделки или финансовой операции, адвокатам было рекомендовано обращаться в совет региональной палаты для получения разъяснений.

«Оценка сделок в качестве осуществляемых в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма производится адвокатом по своему внутреннему убеждению на основе нахождения разумного баланса конституционно защищаемых ценностей, конкурирующих прав и законных интересов», – констатировал глава профессионального сообщества Юрий Пилипенко.

Судебная практика по исполнению «антиотмывочного» закона адвокатами и правовыми консультантами пока не сложилась. Тогда как позиция Конституционного суда России по неприкосновенности профессиональной тайны остается противоречивой.

Служители Фемиды неоднократно указывали, что информация, полученная адвокатом при оказании клиенту квалифицированной юридической помощи, «не подлежит разглашению и не может быть предметом свидетельских показаний».

Однако в 2015 году высшая инстанция по существу допустила проведение у адвокатов обысков: «Не могут быть защищены режимом адвокатской тайны сведения, свидетельствующие о совершении имеющих уголовно противоправный характер правонарушений, в частности, о злоупотреблениях правом на юридическую помощь и защиту от подозрения и обвинения, допускаемых как адвокатом, так и лицом, которому оказывается юридическая помощь», – заключил Конституционный суд России.

Международные обязательства России не выделяют особые права адвокатов.

Так, утвержденные специальным Конгрессом ООН правила возлагают на государства обязанность «обеспечивать конфиденциальный характер любых сношений и консультаций между юристами и их клиентами в рамках их профессиональных отношений».

«Без уверенности в конфиденциальности не может быть доверия. Конфиденциальность, таким образом, – основное и фундаментальное право и обязанность юриста», – отмечается в Кодексе поведения для юристов в Европейском сообществе.

На особые привилегии всех оказывающих правовую помощь лиц указывает и Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Так, в январе прошлого года он признал незаконными обыски, проведенные в офисе белгородского индивидуального предпринимателя Евгения Рожкова, оказывающего правовые услуги под маркой арбитражного бюро «Витязь».

Страсбургские служители Фемиды пришли к выводу, что отсутствие статуса адвоката в данном случае не имело значения – «при любом подходе имело место нарушение статьи 8 Конвенции».

Уведомлять «финансовую разведку» о сомнительных сделках клиентов с 4 мая этого года обязаны и аудиторы.

Такие меры, по утверждению чиновников ведомства, соответствуют международным стандартам – рекомендациям Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (FATF).

Раскрывать тайны клиентов аудиторы должны будут при проведении как обязательной, так и добровольной проверки финансовой отчетности.

Советом Федерации уже одобрены поправки в действующий Налоговый кодекс РФ, делегирующие фискальному ведомству право истребовать у аудиторов любую полученную ими от клиентов информацию и документы. Такой запрос может направляться в том числе по требованию иностранных «мытарей».

Согласно пояснительной записке, изменения направлены на «реализацию рекомендаций Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭРР) по итогам первой фазы обзора законодательства Российской Федерации в рамках Глобального форума по транспарентности и обмену информацией для целей налогообложения».

При этом профильный закон гарантирует обращающимся к финансовым консультантам защиту аудиторской тайны, к которой относятся любые предоставленные клиентом сведения и документы. Исключение касается только информации о самом факте заключения контракта на оказание аудиторских услуг и величине выплачиваемого исполнителю вознаграждения.

Единая практика истребования государственными органами материалов аудиторов пока не сложилась.

Еще в 2006 году Конституционный суд России допустил выемку содержащих аудиторскую тайну предметов и документов в рамках следственных мероприятий по уголовному делу только на основании специального судебного разрешения.

Но это не помешало столичной полиции на основании постановления следователя провести обыск в российском офисе международной аудиторской компании PricewaterhouseCoopers, изъяв содержащие клиентские материалы компьютеры.

Поводом для таких действий стало расследование некого уголовного дела о незаконном возврате НДС, хотя упомянутые в постановлении подозреваемые организации не являлись клиентами PricewaterhouseCoopers. Отклоняя жалобу аудиторской фирмы, Московский городской суд указал, что заявитель не доказал наличие на изъятых компьютерах охраняемой федеральным законом тайны.

Андрей Сучков, исполнительный вице-президент Федеральной палаты адвокатов.

В данном письме Росфинмониторинг делается лишь акцент, что обязанности адвоката в части соблюдения «антиотмывочного» законодательства распространяются на частных юристов и юридические фирмы, бухгалтеров, а также на арбитражных управляющих, когда они занимаются подобной деятельностью. Таким образом, развеян ранее высказываемый довод, что правила противодействия легализации полученных преступным путем доходов и финансирования терроризма распространяются только на адвокатов, что делает их статус менее привлекательным, чем профессия частного юриста. Хотя это утверждение и ранее не соответствовало буквальному содержанию федерального закона, теперь такое заблуждение окончательно развеяно информационным письмом Росфинмониторинга.

Илья Широков, руководитель направления регистрации Объединенной Консалтинговой Группы.Новые требования по исполнению «антиотмывочного» законодательства могут привести к переименованию оказываемых клиентам услуг.

Например, в договорах вместо «юридических услуг» будет указываться «информационная поддержка» и тому подобное. Некоторые организации, возможно, перейдут на практику наличных расчетов, что снизит сбор налогов в бюджет.

Таким образом, можно предположить, что возникшая ситуация не ограничится только лишь письмом Росфинмониторинга, а получит свое продолжение в судебных спорах по его применению и толкованию на практике.

Николай Вильчур, генеральный директор международной консалтинговой компании «Вильчур и партнеры».Сам «антиотмывочный» федеральный закон исключает предоставление в Росфинмониторинг сведений, защищенных адвокатской тайной.

Кроме того, установленные критерии выявления юридическими и бухгалтерскими компаниями подозрительных сделок клиентов остаются крайне размытыми. Таким образом, адвокатам и иным обслуживающим бизнес юристам фактически нечего сообщать в уполномоченный орган.

В свою очередь, требования по созданию инфраструктуры – утверждение внутренних правил, регистрация личного кабинета, идентификация клиентов, назначение ответственного лица и так далее, непосредственно связаны с направлением информации о выявленных подозрительных сделках.

Пока таких фактов нет или Росфинмониторинг не предъявил соответствующих претензий – юридические и бухгалтерские фирмы вправе ничего не создавать. К ответственности их могут привлечь не за отсутствие внутренних правил и ответственных лиц, а за последствия таких нарушений в виде несообщения обязательных к передаче сведений.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *